Яхтинг в России



Владимир Кунин - "Иванов и Рабинович или Ай гоу ту Хайфа"
 


КАК ВЫЯСНИЛОСЬ, ЧТО "ШИПШАНДЕР" - НЕ ФАМИЛИЯ, А ПРОФЕССИЯ



КАК ВЫЯСНИЛОСЬ, ЧТО "ШИПШАНДЕР" - НЕ ФАМИЛИЯ, А ПРОФЕССИЯ

Недалеко от перекинутого через Босфор Галатского моста, напротив фантастически красивой Султанаметской мечети с нацеленными в небо шестью сверкающими минаретами почти рядом со старинным дворцом Султана, у причальной стенки Арнавуткея - места стоянки яхт, катеров и разной плавучей морской мелочи, слегка покачиваясь, стоял кое-как пришвартованный "Опричник".

На причале замерли четыре автомобиля, украшенные разноцветными английскими текстами. По одному шла надпись - "Полиция-иммигрейшен", по второму - "Санитарный контроль", по третьему - "Служба таможни Турции".

Четвертая машина - небольшой автофургон, стояла чуть в стороне и была снабжена надписью "Агент-шипшандер Яцек Штур. Стамбул-Галатасарай". И номера телефона, телефакса и телекса...

На палубе "Опричника" в испуге замерли Арон и Василий. А с причала, перебивая друг друга, на них одновременно орали на отвратительном английском языке все три представителя турецкой власти. Они в бешенстве потрясали документами Арона и Васи, угрожающе размахивали руками, вращали глазами, брызгали от ярости слюной и даже топали ногами от возмущения.

Повторяя за каждым из трех турецких чиновников его интонации и жесты, точно так же вращал глазами, размахивал руками и топал ногами невысокий толстенький человечек с большими висячими усами.

Правда, надо отдать должное - орал он по-русски и с откровенно польским акцентом.

Он почти синхронно переводил все, что вопили полицейский, таможенник и санитарный контролер, не упуская возможность расцветить все это русским матом и кое-что вставить от себя совершенно нормальным голосом. Выглядело это примерно так:

- Почему вы не связались с администрацией порта по шестнадцатому каналу?!! - вопил представитель иммиграционной полиции по-английски, как и положено разговаривать во всех портах мира.

- Что же вы, вашу мать, не дали радио службе порта?! - с абсолютно точными интонациями полицейского по-русски кричал толстячок с усами.

- На каком основании вы не взяли лоцмана?!! - орал таможенник.

- Что же вы, мудаки, не взяли лоцмана?! - кричал толстяк.

Так как никому из троих представителей власти ответы Арона и Васи были не нужны, вопросы летели один за другим:

- Где ваш флаг?!

- Что это за таможенная декларация?!! - Где ваше санитарное свидетельство??? - Почему отсутствует судовая роль?!!

- Где табако и провижен-лист???

- Почему нет свидетельств о детализации?!! Тут впервые Арон пересилил страх и пожал плечами: - А это еще что такое?..

- А хрен его знает, - беспечно сказал усатый. Я здесь уже семь лет, каждый день про это слышу, и никогда не видел.

- И вообще у вас нет визы!!! - завизжал полицейский, потрясая паспортами Арона и Васи.

- И вообще у вас нет визы!!! - с визгом повторил толстяк по-русски и совершенно спокойно вполголоса сказал: - Тоже - ниц грознего! В смысле - ничего страшного.

- Господи, что же делать?.. - растерянно спросил Вася. - Дать им по пять долларов, - сказал толстяк.

- Может, больше дать, а?.. - тревожно спросил Арон. - Ты мне здесь цены не поднимай, - рассудительно проговорил толстячок с усами. - Ты уплыл, а я остался. Мне здесь жить и жить... Быстренько, хлопцы, по пятерке каждому.

Полицейский, таможенник и контролер продолжали топать ногами и орать уже без всякого перевода.

Но как только Василий вытащил трясущейся рукой из кармана деньги - на причале наступила МЕРТВАЯ тишина.

- У нас только двадцатки... - растерялся Василий. - Давай сюда, - и толстяк протянул руку через борт яхты. Василий отдал ему двадцать долларов. Толстяк спрятал их в бумажник, а из заднего кармана брюк вынул пачку однодолларовых бумажек.

- Специально держу для таких случаев...

Он обстоятельно отслюнил пять долларов полицейскому, пять - таможеннику и пять дал представителю санитарного контроля.

- И пятерочку мне за перевод! О'кей? - так легко и весело сказал толстячок с усами, что Вася и Арон только благодарно закивали головами.

А с тремя представителями турецкой власти произошла поразительная метаморфоза: милые, широкие улыбки добрых и гостеприимных хозяев, радостно потрясенных приездом дорогих гостей, сияли на их лицах!

Документы возвращались с такими длительными и сладкими рукопожатиями, что Арон и Василий заподозрили всех троих черт знает в чем и поспешили выдернуть свои ладони из дружеских и теплых рук турецкой власти.

Все трое, как по команде, уселись по своим машинам.

Таможенник с санитарным контролером тут же уехали, а полицейский прикрыл дверцу машины и что-то ласково спросил у Арона и Василия по-турецки.

- Он спрашивает, откуда у вас эти ножи и черные шапочки с желтым иероглифом, - перевел толстячок.

Только Арон было открыл рот, чтобы ответить, как Вася незаметно наступил ему на ногу и быстро сказал:

- В Одессе их на каждом углу продают!.. Полицейский внимательно выслушал перевод толстяка, медово улыбнулся Арону и Васе и тоже укатил.

- Но так... Една полова справы юж залатвена, - потирая руки, по-польски сказал усатый толстяк. - Я говорю - полдела сделано. Приступим ко второй...

- Погоди, мужик... - сказал Арон. - А ты сам-то кто будешь? - Я? Шипшандер.

- Еврей? - Василий улыбнулся ему, как "своему". - Нет. Поляк. А что?

- Да так... Ничего. Ты не обижайся. Я, например, "Рабинович". Он еще до недавнего был "Рабиновичем", - Вася показал на Арона. - Я думал "Шипшандер" - тоже еврей...

- А "Боцман", "Лоцман" и "Кацман" - это уже три еврея? - рассмеялся толстячок с усами. "Шипшандер" - морской агент по снабжению. А зовут меня Штур. Яцек Штур...